Parfums de Marly Athenais

Вдохновленный образом Атенаис де Монтеспан, музы Людовика XIV, аромат включает ноты нероли, бергамота, юдзу, флердоранжа, самбакского жасмина, магнолии, бобов тонка, ванильного аккорда и амбрового аккорда.

«В последнее время мы добивались успеха за успехом с Valaya Exclusif и Althaïr, — заявил Иван Жаклен, президент Parfums de Marly в Северной и Южной Америке. — В конце года у нас возникли проблемы с Saks и Neiman’s, но, тем не менее, Parfums de Marly добился отличных результатов по продажам, продолжая входить в пятёрку самых быстрорастущих [брендов] и наращивая долю рынка».

Жаклин признал, что Athénaïs — это новая ольфакторная территория, выходящая за рамки бестселлеров бренда, и в этом был смысл. «Каждый раз, когда мы предлагаем что-то новое, мы открываем новую территорию и расширяем этот глобальный спектр, чтобы иметь возможность приглашать и принимать всё больше и больше клиентов, — сказал он. — Это позволяет потенциальным клиентам, у которых могут быть другие вкусы, а также нынешним клиентам пополнять свой парфюмерный гардероб».

Athenais звучит в характерном для дома Parfums de Marly стиле: благородно, мягко, с акцентом на женственность, которая не требует громкости. В образе чувствуется утренний свет, чистый воздух, лёгкое золотистое свечение, будто шелковая ткань движется на ветру.

Аромат раскрывается как ритуал приближения: чем ближе вы к источнику, тем глубже становится тайна.

Верхние ноты — три цитруса, сплетённые в единый светящийся аккорд. Сицилийский бергамот дарит эфирную прозрачность, японский юзу — минеральную свежесть с лёгкой горчинкой, а нероли — сама душа апельсинового дерева: зелёная, медовая, с оттенком горького миндаля. Вместе они создают эффект «сияющей кожи» — как будто маркиза только что вышла из садов Тюильри под утренним солнцем, и свет играет на её плечах.

В сердце парфюма расцветает цветочный триптих, отсылающий к королевским оранжереям Версаля. Молекула Mahonial раскрывается пудровой нежностью магнолии и нотами трепетного ландыша. Цветок апельсина добавляет изысканную сладость. И жасмин самбак здесь лишён экзотической тяжести: его молочно-зелёная глубина звучит как признание, шёпотом произнесённое в темноте галерей Версаля.

В базе Parfums de Marly Athenais бобы тонка и ваниль сплетаются в сухую, почти табачную теплоту — как аромат старых пергаментов в королевской библиотеке. А амбра с ее бархатистой глубиной завершает композицию: она не остаётся на одежде, а впитывается в кожу, становясь её продолжением.